Как всегда, Поминальные дни в нашем городе — это маленькое сумасшествие.

Хорошо ехать на «Дойну» в общественном транспорте и днем. В общественном транспорте — потому что полицейские позволяют ему проехать прямо до ворот, в отличие от легковых авто, а днем — потому что час пик уже спал.

Cел в практически пустой (в отличие от «бесплатных») автобус №26. Разговорился с кондуктором.

- Вы бы утром сели, увидали бы, что здесь творилось! - словоохотливой оказалась. - По головам мне приходилось ходить, чтобы всех обилетить. Видите! - она показывает свой форменный, но разодранный передник. - Разве бы я в таком рванье позволила бы себе прийти на работу?! Разорвала, протискиваясь среди пассажиров!

- Зато выручка, небось, неплохая...

- Не жалуюсь, но денег никогда не бывает много! - она наклонилась ко мне и прошептала. - У меня сын больной, есть куда деньги тратить...

Автобус подрулил прямо к воротам, вышел. Немало полицейских образовали кордон для тех, кто уже отдал свой долг поминовения умершим и безропотно ожидал автобусов. Очередь растянулась метров на тридцать, причем, не ручейком, а волнами.

Как ни просило духовенство, не продавать и не покупать искусственные цветы, везде их полно, торговля идет очень бойко. Настоящие — дороже. Одна гвоздика — 20 леев стоит!

- А искусственные цветы хорошо идут! - радуются продавцы.

Нищие уходят с кладбища с полными сумками.Фото: ЛЕОНИД РЯБКОВ

На кладбище — толчея. Очень много нищих. У каждого — по пять-шесть торб. Некоторые из мужиков, просивших подаяние, валяются по обочинам, прямо у церковной ограды.

- Очень хорошо подают! - радуются молодые парни. Они, как под копирку, с палочками инвалидными, причем, каждый. - Не, я действительно, калека. В аварию попал, рука и нога не действуют... В обычные дни зарабатываем леев по 300-500, а сегодня самые удачливые из нас уйдут домой с двумя тысячами в кармане! Но этими деньгами делиться придется...

Правда, с кем, парни не уточнили. Зато вежливыми оказались — пожелали удачного дня и всего доброго.

Впрочем, все было чинно и благопристойно. Бригада «скорой» скучала в машине:

- Никто на здоровье не жаловался, никто к нам не обращался...

Ну и славно! Карабинеры патрулировали дальние кладбищенские аллеи. Увидели пьяного, мирно заснувшего на скамейке у могилы, голову тот положил на столик. Даже не подошли к нему, пускай отдыхает... Неподалеку целый концерт разворачивался для гитары и флейты. Музыканты играли божественно. Люди сидели у могли своих близких (каких-то обильно накрытых гигантских столов я не увидел, может, эта традиция уже отходит в прошлое, наконец-то?), тихо переговаривались и неспешно ели...

Очень профессионально играют! 

Стоял на остановке, пересаживаясь с одного транспорта на другой. Стояла пьяная компания нищих с детьми и раздутыми полосатыми баулами из серии «привет, челноки». Едва держащиеся на ногах мужики наливали вино из тетра-пака и угощали женщину с крохотным прелестным созданием лет двух на руках. Та поставила девочку на землю и лихо опрокинула стакан.

- Воровская жизнь лучше всего! - кричал профессиональный нищий, оголившись по пояс, и подставив ветру закоптившееся от солнца татуированное тело.

"Веселье" продолжается на остановке.

Посмотрим, как пройдет сегодняшний день на главном кладбище страны...

ЛЕОНИД РЯБКОВ